РАБАШ

Что такое «предупредить больших о малых» в работе

Статья 28, 1990 г.

Сказали мудрецы: ««Объяви…и скажи»¹ чтобы предупредить больших о малых»². И объясняет РАШИ: ««Объяви» коэнам, сынам Аарона, «и скажи» — 2 этих известия, почему нужно предупредить больших о малых, чтобы они не осквернились»³.

И следует понять, что нового в том, чтобы "предупредить больших о малых", когда говорят о духовной работе, ведь тогда всё говорится в одном теле. В таком случае, на что указывает нам это «предупредить больших о малых»? Т.е. кто такой «малый», когда мы учим это в одном теле. И кто такой «большой», — что этим они хотят сказать нам, говоря, что нужно предупредить больших о малых?

Известно, что усилия в работе, которые мы должны приложить в Торе и заповедях, вызваны тем, что мы родились с природой желания получать для себя. Поэтому во всём, что мы делаем, когда желание получать наслаждается от этого, нельзя говорить тогда, что есть тут усилия. Как мы видим в нашем мире, что никогда человек не будет сожалеть, если он голоден и у него есть еда, запах которой он чувствует. Разве он скажет, что он сейчас будет делать тяжёлую работу и прилагать большие усилия в том, что сейчас он собирается есть. Поскольку в том месте, где есть наслаждение и удовольствие, нельзя говорить, что есть работа и усилия.

И согласно этому следует понять: если Тора называется, «что они — жизнь наша и долголетие наше»⁴, то почему, в таком случае, говорят, что человек должен прилагать усилия в Торе? Разве есть кто-то, кто не хочет жить и наслаждаться жизнью? Как написано: «Они желаннее золота, золота червонного; они слаще меда, текущего из сотов…»⁵ В таком случае, почему то, что мы соблюдаем Тору и заповеди, называется "усилия"?

А ответ в том, что если бы наслаждение Торой и заповедями было раскрыто всякому, конечно, весь мир соблюдали бы Тору и заповеди. И это как написано в Предисловии к ТЭС: «Предположим к примеру, что Творец управлял бы Своими творениями явным управлением. Так, что, к примеру, всякий съевший что-то запретное тотчас задохнулся бы на месте, а всякий выполняющий заповедь нашёл бы в ней чудесное наслаждение, подобное самым прекрасным наслаждениям этого материального мира. Ведь тогда какой глупец думал бы о том, чтобы отведать вкус запретного, зная, что тут же потеряет из-за этого свою жизнь? Как не помышляет он о том, чтобы прыгнуть в костер. И что за глупец оставил бы какую-то заповедь, не выполнив её немедленно со всей расторопностью — как не может он замешкаться или оставить какое-то большое материальное удовольствие, идущее к нему в руки, не получив его немедленно? Поэтому если бы перед нами предстало явное управление, все живущие в мире были бы полными праведниками»⁶.

И согласно этому следует спросить, почему у нас нет явного Управления, а мы должны верить в вознаграждение и наказание. Разве бы не было лучше, если бы всё было раскрыто? А ответ таков: поскольку мы должны прийти к слиянию с Творцом, к совпадению по свойствам, из-за этого мы должны делать всё ради небес, т.е. ради отдачи, для того чтобы доставить наслаждение своему Создателю. А если награды и наказания в Торе и заповедях были бы раскрыты, не было бы никакой возможности делать ради небес. По причине того, что наслаждение заставляло бы человека соблюдать Тору и заповеди.

И мы видим как наслаждение, которое раскрыто в материальном, несмотря на то, что это только наслаждение в категории «тонкая свечка», относительно наслаждения, которые есть в Торе и заповедях, как тяжело человеку сказать, что всё, что он делает, это ради отдачи, а иначе он отказался бы от материальных наслаждений, если бы не мог создать намерение ради отдачи Творцу.

Тем более в больших наслаждениях, которые заключаются в Торе и заповедях, конечно, не было бы никакой возможности сказать ему, что если он не может создать намерения на отдачу, он отказывается от них. Поэтому произошло это исправление, что до того, как человек способен сказать о маленьких наслаждениях, которые находятся в материальных вещах, что он принимает их только при условии, что сможет создать намерение на отдачу, он находится под сокращением и скрытием и не видит никакого наслаждения. Он должен лишь верить, что это так. Т.е. что человек должен верить, что Творец управляет всеми творениями как Добрый и Творящий добро.

Это как написано в статье в Шамати: «Человек должен представить себе, как будто он уже удостоился совершенной веры в Творца и у него уже есть ощущение в его органах, что Творец управляет всем миром свойством «добрый и творящий добро». Т.е. что весь мир получает от Творца только добро»⁷.

Из сказанного получается, что в то время, когда человек занимается верой в Творца, человек должен уделить определённое время тому, чтобы представлять себе, как бы человек ощущал себя в то время, когда удостоился бы близости Творца и увидел бы своими глазами благо и наслаждение, которое приходит к нему и ко всем творениям, в каком бы тогда возвышенном состоянии духа он пребывал. И как бы он был весел и радостен.

И необходимо продолжать представлять эту картину, чтобы и вера его была бы примером знания и видения. Т.е. степень веры должна являться примером свидетельства и знания. И это великая работа, поскольку она является путём истины. И это согласно сказанному «истина и вера»⁸, т.е. его вера должна быть на пути истины, именно из представления этой картины, что он обязан верить в величие веры в такой степени, как будто он явно видит это и верит своим глазам.

Иначе говоря, в той же степени воодушевления, как если бы он воочию это видел, так он должен воодушевляться, когда он не видит, а только верит, что это так. Поэтому это называется «верой на пути истины». Т.е. его вера на самом деле подобна знанию. Она и называется "истинной верой", как написано: "истина и вера".

А поскольку вся основа должна строиться на фундаменте веры, но вместе с тем нам даны разум и знание, чтобы осознать любую вещь собственным умом. Следовательно, вера противоположна нашей природе, согласно которой мы можем следовать разуму и не совершать неразумные глупости. Получается, с одной стороны, человека обучают идти разумным путём, и таким же образом вести себя с другими людьми.

А когда человек начинает выполнять Тору и заповеди, ему говорят — хоть человек и должен следовать разуму, тем не менее, в отношении Творца нам дана вера, и мы обязаны верить мудрецам, идя именно таким путём, хоть он и противоречит разуму, как сказано, «И поверили они в Творца и в Моше, раба Его»⁹. Т.е. мы должны верить в то, что говорят нам мудрецы, не оглядываясь на свой разум.

Но поскольку это противоположно нашему разуму, поэтому мы испытываем подъёмы и падения. Т.е. иногда мы способны верить в слова мудрецов и представлять себе истину и веру, когда вера в таком случае настоящая вера, без примеси разума, и всё в ней противоречит нашему сознанию и пониманию. Поэтому это называется «истинной верой» или «простой верой», в которой нечего понимать, а всё в ней — выше знания.

Поэтому не в силах человека находится всегда на одной ступени. А он находится в подъёмах и падениях. Как сказал мой отец и учитель, почему называется принятие бремени Высшей малхут свойством веры (эмуна)? Потому что оно от слова «омен» (воспитатель), «оменет» (няня), и это как няня, которая постепенно растит ребёнка, пока не вырастит его. Поэтому в то время, когда работают на основе веры, пока не удостоятся вере в постоянстве, всегда вера является частичной.

Поэтому во время работы есть подъёмы и падения. Т.е. иногда человек может представлять себе величие и важность Торы и заповедей, и так же величие и важность Дающего Тору. Т.е. в то время, когда он может представить себе величие и важность Дающего Тору, тогда человек чувствует, что находится в состоянии подъёма. Т.е. он чувствует, что находится над материальным миром. И он смотрит на этих людей, которые тянутся за материальными наслаждениями, как животные и звери, которым достаточно этого пропитания, необходимого для их животного существования. А он чувствует себя, что он может получить пропитание, чтобы было у него удовлетворение в жизни, только от того, что подобает «говорящему» уровню.

И как приводится в Предисловиях, всё достоинство, которое есть у уровня «говорящий» в человеке, [заключается в том], что он способен получить ощущение Творца. И это не имеет отношения к животному уровню. Но потом он снова опускается со своего состояния и падает под власть большинства. Т.е. он находится сейчас во власти самого себя, а не как прежде. Поэтому во время подъёма когда чувствует, что нет в мире ничего, кроме власти Творца, а он сам не имеет никакого значения, ведь он желает отмениться перед Творцом без всех условий, поэтому во время подъёма человек находится во власти Единственного, а во время падения человек находится во власти большинства, т.е. есть у него уже есть 2 власти.

Но иногда человек падает в состояние, которое хуже, чем двоевластие, потому что в то время, когда человек говорит, что есть 2 власти, 2 управления, человек верит, что есть Творец мира, и это власть Одного. Т.е. Творец, он хозяин, и он делает то, что хочет. Но есть ещё управление, ещё власть, и человек тоже является хозяином, и он тоже делает в мире то, что он хочет. И человек хочет тогда, чтобы Творец служил человеку согласно желанию человека, т.е. чтобы Творец был предоставлен в распоряжение человека, и Творец будет тогда служить человеку согласно указаниям человека.

Но ещё хуже этого, когда, страшно подумать, он вообще не верит в то, что есть Творец, и Он управляет миром. Получается, что у такого человека нет ничего, кроме единственной власти самого себя. Но человек видит, что такое мнение есть у многих людей, и все говорят, что они являются хозяевами над самими собой. Т.е. каждый делает то, что ему необходимо, а то, что касается остальных, ему не важно. Потому что иногда когда человек делает что-то ради ближнего, он это делает из-за того, что ожидает, что товарищ вернёт ему что то взамен, и что он не будет неблагодарным.

И это как написано в Зоар и приводится в Птихе (п. 57) о стихе «А милость¹⁰ племён — порочность»¹¹: «Ибо всё, что делают они, они делают ради себя»¹². Т.е. потому что получают взамен какое-то благо, и это называется «власть большинства», т.е. есть множество отдельных людей.

Т.е. это не называется двоевластие, т.е. власть Творца и власть человека. Получается, что человек ещё верит в управление Творца. А если человек падает во власть большинства многих отдельных людей, получается, что он вообще не принимает в расчёт Творца. И это, разумеется, состояние самое наихудшее.

Из сказанного т.е. прежде чем человек удостаивается постоянной веры, а это является подарком Творца и это не во власти человека, он всегда находится в подъёмах и падениях, тогда человеку необходимо милосердие свыше, чтобы не сбежать с поля боя. Тогда порядок работы может быть только во время подъёма, т.е. в то время, когда он находиться во власти святости.

Тогда человек должен работать и быть внимательным, и думать о том, в каком состоянии он был во время падения. Т.е. во время подъёма он может отдавать себе отчёт и видеть разницу между светом и тьмой, как сказано, что «преимущество света из тьмы»¹³. Т.е. тогда он способен выполнить то, что сказали мудрецы: «Соотноси потерю [от нарушения] заповеди с платой за её [соблюдение] и плату за нарушение [заповеди] с потерей от её [нарушения]»¹⁴.

Т.е. во время подъёма человек понимает, что получение для самого себя называется прегрешением. Т.к. оно отдаляет его от Творца, и нет большего прегрешения. А во время падения не способны понять, что если не выстраивают намерение ради отдачи, это называется прегрешением. И чтобы у него была сила верить, что нужно всё делать ради небес. И он верит только в написанное: "Что человек должен соблюдать 613 заповедей, которые Творец заповедал нам делать через Моше". И он конечно же не согрешит, и не преступит то, что написано в Торе.

Но иногда человек злиться, почему Творец так нам сделал, что нам запрещены многие вещи. Т.е. человек говорит, что если бы Творец спросил его по поводу соблюдения заповедей, он бы попросил у Творца, чтобы не делал их нам очень строгими, и не запрещал многие вещи, которые жаждет душа. Но он соблюдает заповеди.

А во время подъёма, человек злится наоборот, для чего Творец дал нам делать вещи, которые человек вынужден делать, т.е. есть, и пить, и т.п. Разве не было бы лучше, если бы он вообще не создавал их в мире, и не было бы необходимости их делать.

Получается, что во время подъёма он хочет, чтобы было меньше наслаждений в мире. А во время падения человек злится, почему Творец запретил нам много вещей, которыми человек мог бы наслаждаться, если бы Тора не запрещала. Из сказанного мы видим, что есть подъёмы и падения в то время, когда человек желает удостоиться слияния с Творцом. Поэтому следует называть время падения "малым состоянием" (катнут), а состояние подъёма "большим состоянием" (гадлут).

И этим следует объяснить то, что мы спрашивали, что означает сказанное мудрецами: ««Объяви…и скажи» чтобы предупредить больших о малых»¹⁵. И мы спросили, как можно говорить об одном человеке "большие" и "малые"? Из вышесказанного следует объяснить, что "большие" и "малые" не имеется в виду в 2-х телах, ибо в духовной работе мы всё учим в одном теле. А "большие" и "малые" следует понимать как 2 разных времени в одном носителе. Т.е. в одном человеке в 2-х разных моментах времени:

1. Во время подъёма, называемого "большие",
2. Во время падения, называемого "малые".

И этим следует объяснить то, что человек, когда находится в состоянии подъёма, должен быть внимательным, и отдавать себе отчёт о то, что он может прийти к падению. А что такое падение? Т.е. кто сказал, что падение так уж плохо? Но он видит, что есть много людей, которые живут и наслаждаются жизнью, несмотря на то, что пребывают в состоянии падения. Поэтому когда он сам находится в состоянии падения, он тянется за ними. И сам наслаждается от жизни — как и они.

Но о состоянии падения можно сказать, что человек попал в дорожную аварию. Он пострадал и находится без сознания. Т.е. не ощущает, что находится в состоянии падения. А наслаждается в том состоянии, в котором пребывает. И так или иначе не ощущает сейчас падения, поскольку он вообще забыл, что есть духовное в мире, и необходимо стараться достичь слияния с Творцом. Им всё забыто из-за аварии, произошедшей с ним. И он не страдает от того, что находится в падении.

Поэтому когда человек пребывает в состоянии подъёма, он должен думать и бояться, чтобы не попасть, не дай бог, в аварию. Т.е. в то время, когда он сейчас продвигается к духовному, чтобы не упал посредине своей ступени.

А во время падения он уже не помнит, поскольку у него нет никакого ощущения духовного. И всё это он может знать только во время большого состояния. Поэтому говорит нам писание: ««Объяви…и скажи» чтобы предупредить больших о малых»¹⁶ … Т.е. во время большого состояния (гадлут), когда он находится на подъёме — это время быть осторожным относительно малого состояния (катнут). Т.е. чтобы не прийти к падению, называемому «малые». И только во время подъёма человек может думать о малом состоянии (катнут), т.е. думать, какова причина того, что он попал в малое состояние (катнут). Человек должен знать, что, несомненно, есть некая причина, которая привела его к падению.

И как я слышал от своего отца и учителя (приведено в статье от 1945 г.): «Но также следует знать: если у человека была бы способность удерживать какое-то, пусть даже и самое малое, свечение, но, если бы это было постоянно, — этот человек уже считался бы совершенным. Т.е. с этим свечением он уже мог бы идти вперёд. Поэтому если у него пропадает это свечение, он должен сожалеть об этом. И это подобно человеку, который посадил в землю семя, чтобы из него выросло большое дерево. Но он тут же вынул это семя из земли. В таком случае, какова же польза от этой работы, когда он сажал это семя в землю? И мало того — мы можем сказать, что он не просто вынул семя из земли и испортил его, но можно сказать, что он вынул дерево с созревшими плодами из земли и испортил их. Так же и здесь — если бы у него не исчезло это малое свечение, из него вырос бы большой свет. Получается, что не малое свечение исчезло у него, а у него как будто пропал большой свет»¹⁷.

Из сказанного мы видим, что человек должен беречь себя всеми способами во время подъёма. Когда, даже если у него есть небольшое ощущение, и если он сделает всё, что в его силах, чтобы не потерять это, он всё время будет продвигаться вперёд.

И об этом сказано ««Объяви…и скажи» чтобы предупредить больших о малых»¹⁸. Т.е. во время большого состояния гадлут, которое является временем подъёма, он должен сделать все расчёты, чтобы не прийти в малое состояние (катнут), т.е. к падению. И он должен оценить, какая у него сейчас важность, даже если есть совсем небольшой контакт с духовным.

И он должен работать над собой, чтобы верить, что это ощущение пришло сверху. Т.е. что Творец зовёт его. И думать, насколько это важно, что Творец его зовёт. Как сказано выше, если он мог бы удержать это малое ощущение навсегда, то, несомненно, пошёл бы вперёд, как сказано в вышеуказанном примере, что подъём считается только зерном, который сажают в почву, но из него вырастет большое дерево, и даст плоды.

Получается, что он должен ценить время подъёма. И представлять себе, как будто бы он так смотрит на цель. Т.е. как будто у него уже есть в руках большое дерево, дающее плоды. И как он берег бы дерево, чтобы люди не испортили это большое дерево. Таким образом он должен идти, пока не ощутит в своих органах, что всегда нужно следить за деревом. И ещё он должен выполнять действия, чтобы скрывать дерево от людей, чтобы не сглазили его дерево.

Также человек должен беречь это ощущение, которое есть в состоянии подъёма, чтобы посторонние люди не сглазили. До сих пор речь шла о подъёме. И это только одна сторона дела.

Но необходимо считаться также и с низким состоянием падения. Это означает, смотреть с другой стороны — о чём здесь нужно думать. Т.е. что только во время подъёма человек может оценить низменное состояние падения, что называется «предостеречь больших о малых», т.е. как сказано выше, в состоянии "гадлут" (думать) о "малых", о времени "катнут". Т.е. что он может потерять, если придёт к падению. Только во время подъёма он может подвести итог «преимущества света из тьмы». И это именно тогда когда у него есть свет. Тогда он может сравнить между светом и тьмой. Но не тогда когда он пребывает во тьме.

Как сказали мудрецы: «10-тью речениями был создан мир. Чему это нас учит? Ведь он мог быть создан и одним речением! Но [это было сделано], чтобы взыскать с грешников, которые губят мир, созданный 10-тью речениями. И дать хорошее вознаграждение праведникам, которые поддерживают существование мира, созданного 10-тью речениями»¹⁹.

И, казалось бы, непонятно, почему «дать хорошее вознаграждение праведникам»? Можно понять, для того, чтобы у них была большая награда. Но «взыскать с грешников» — почему Он так делает? Ведь «Творец не предъявляет претензий к Своим творениям»²⁰? Для чего Он так сделал, чтобы было множество страданий?

А следует объяснить, что со стороны духовной работы т.е. человек должен думать, какое благо он может потерять, и какие страдания может перенести, и благодаря этим 2-м вещам получит необходимость оберегать состояние гадлут, т.е. время подъёма. Ведь иначе он будет страшиться того, что он может страдать в состоянии падения. И это означает «предостеречь больших о малых».