Урок 2003-11-02

РАБАШ

Что означает, что добрые дела праведников являются их порождением, в духовной работе

Статья

Мы прослушали статью из «Шлавей Сулам», том 1, относящуюся к разделу «Ноах», — «Что означает, что добрые дела праведников являются их порождением, в духовной работе». Всё, чего мы хотим достичь в духовном, мы можем достичь только при наличии предварительных келим, поскольку цель — прийти самим, своими силами, своими усилиями к степени Творца. И если сверху вниз всё творение исходит от Творца, выходит и развивается из Него, то приходит от совершенного к несовершенному.

Приходит от совершенного к несовершенному. Т.е. света предшествуют келим, порождают келим, упорядочивают их, и затем раскрываются келим, но только по отношению к светам, а не по отношению к себе самим. Т.е. ещё нет творения, и творение начинает быть только тогда когда завершилось нисхождение всех келим, завершилась связь между кли и светом полностью, и кли находится без света, как будто полностью находится в своей собственной власти, в отрыве от света. И тогда у кли может быть работа и усилие, чтобы раскрыть своё желание, и поверх своего желания выстроить ещё и стремление.

Это стремление не зависит от желания, не направлено в ту же сторону, и оно неестественно, что оно не приходит ни от света, ни из природы самого кли, а кли достигает стремления к Творцу, а не к наполнению. Вот это и есть, по существу, работа кли: в этом оно становится свободным, самостоятельным, и в мере стремления к Творцу, к тому, чтобы быть подобным Творцу, — что не является его природой и его склонностью, — если строит это из самого себя, конечно же, из тех данных, что в нём есть, но посредством своего усилия и своей работы, тогда т.е. оно строит в себе, из самого себя, некое различение очень частное, личное, особое, самостоятельное. И это нам, по существу, нужно сделать.

Т.е. человек, начинающий работать, не знает, как идти и каким путём идёт, поэтому проверка проста: направлено ли его намерение прийти к лишма или нет. Если он совершает разные действия. Если не совершает ничего, то к нему нет вопросов, но если выполняет де йствия, т.е. вопрос. Эти действия с намерением прийти к некоему особому состоянию, называемому лишма, к слиянию с Творцом, что измеряется мерой раскрытия Творца ему, мерой уподобления формы Творцу, что приносит раскрытие Творца, слияние с Творцом, ощутимое соединение с Творцом, раскрывающееся во всём уровне человека?

Или же все действия, совершаемые человеком, совершаются без цели, а он называет эти действия заповедями, совершает их в действии, и цель ему неважна, он лишь считает свои действия, и в соответствии с этим оправдывает себя, видит себя правым, и всё. Но отсюда, из этих 2-х подходов, у нас есть, по существу, как бы 2 учения: есть учение общее и учение частное. Учение общее — занимаются действием и не требуют результата, а само действие и есть результат. Что слава Богу, мы выполняем то, что нам положено выполнить, а награда — этот мир, будущий мир, или вовсе не требую награды. А если не требую награды, как будто ни там ни здесь, — это называется совершенный праведник на самом деле. Т.е. действия сами по себе — это всё, что должно быть.

А второй тип — это он как будто хуже всё время кажется себе самому. Он делает, но ничего ему не дают все его действия, усилия, которые он прилагает, учит, хочет чего-то достичь. Если хочет достичь, то кажется ему, что он находится в хисаронах, так где же совершенство? И того, чего хочет достичь, не раскрывается ему, что он достигает. Это учение частное, о котором написано: «Мнение Торы противоположна мнению обывателей». И вcё же, когда доходит до проверки, то проверка — по результату.

И тогда нужно понять, что все прегрешения и ошибки, через которые проходит человек в начале своего пути, лишь впоследствии становятся настоящим кли, называемым заповедями, заслугами. Т.е. раскрывается в человеке прегрешение и ошибка, т.е. раскрывается его авиют всё более плохое, грубое, и раскрывается в виде провалов, что он хочет прийти к какому-то действию для отдачи, к действию, представляющемуся ему духовным, и обнаруживает, что не может, не способен, не хочет, и вовсе противится этому.

Когда раскрываются ему такие его собственные черты, что он буквально видит, до какой степени он — полная противоположность всему, что он виновен во всём, что он — наихудший, что из-за него все страдали и страдают, тогда он действительно приходит к констатации ошибок и прегрешений, что он идёт и оступается каждый раз, обнаруживает свои провалы. Так они, собираясь, превращаются в заслуги. Не на человека возложено исправлять свою природу. И если он направляет свою природу к Творцу, поскольку обвиняет Творца — это тоже неверно. Он должен понять, что все прегрешения и ошибки — это знаки раскрытия отделённости, чтобы на этом выстроил правильную молитву, правильную просьбу, правильное требование.

Что хочет из этого — не чтобы эти черты исчезли, а чтобы они перевернулись, что они, такие, какими кажутся, — они противоположны свойствам Творца, и должны перевернуться и уподобиться Творцу. Если человек возвышается над этими свойствами и видит их как полезные, совершенные со стороны Творца, — тогда его молитва, несомненно, будет правильной, поскольку он приходит к правильному хисарону: исправить все свои изъяны ради отдачи Творцу. И не сожалеет о том, что причиняет им и другим вред, и что он плохой. Нет ничего плохого, а всякое раскрытие плохого есть лишь для того, чтобы увидеть свою противоположность по отношению к Творцу.

Т.е. вся наша работа отныне и впредь должна быть выстроена так: как выстроить нам обращение, формулировку, то, что я посылаю Творцу, — как выстроить это в правильной форме, в правильной формуле, выражающей то, что я готов принять Его исправление. Если правильно строю своё обращение к Нему, — это знак того, что я знаю самого себя, знаю, что должно во мне перевернуться, и я действительно готов к этому со своей стороны, — и тогда Он совершает.

Что такое проверка результатов во время подготовки?

Проверка результатов во время подготовки, когда мы ещё не достигли раскрытия наших действий и раскрытия результатов, как мы можем проверять результаты? По признакам, которые дают нам наши учителя. Что они говорят? Если человек находится в группе, и группа всё время давит на него, стережёт его, чтобы он не убежал, и он чувствует, что ему постоянно нужно, что требуется усиление сил, чтобы держаться в группе и не убежать — ни в действии, ни в желании, ни в намерении — это называется, что он продвигается. Это одна проверка. Вторая проверка — насколько… Это внешняя проверка, как будто, с группой.

Внутренняя проверка человека с самим собой — это насколько быстро сменяются в нём разные, неважно какие именно, но все внутренние действия, т.е. все внутренние состояния, — в каком темпе они меняются в нём. Человек должен переживать в течение дня такие смены, что… Я помню, вышли мы однажды с Рабом — как обычно, в 9 утра — и у нас было много событий в Тель-Авиве. И я неправильно припарковал машину на набережной, машину отбуксировали, взяли такси, поехали забирать машину со штрафстоянки, и вообще — одно за другим.

Тот день так получился, что вернулись мы к 5-ти вечера, как раз к уроку. И после 5-ти минут урока он говорит: «Ты помнишь, что мы пережили?» У меня голова пустая — как будто ничего не происходит. Я помню: это было в самом-самом начале, и тогда это было настоящим чудом — как может быть, что столько суеты, дел, беготни и всего этого — а после этого ничего. Даже не могу сказать, в каком темпе это было и что именно было и в каком порядке — настолько стерлось. Прошло, и ты живёшь всегда настоящим. Я помню это, т.к. первое ощущение всегда такое — оставляет решимо.

Так что я хочу сказать? Насколько человек ощущает, что изменения проходят через него в течение дня — это хорошо. Могут проходить миллионы, но ты не чувствуешь, это всё падает и уходит, падает и уходит. Ты как будто… Это должно пройти через тебя пусть проходит — и всё. Согласно этому судят о темпе. Но снова — что они проходят, потому что ты стремишься к одному, и тогда разного рода помехи, которые проходят, — ты принимаешь их в расчёт на тот момент, и они сменяют друг друга, потому что ты быстро справляешься с ними.

Тогда как я делаю выяснения, ведь Вы не раз говорили, что нужно много выяснять с самим собой…

Может, стоит делать это меньше, я вижу, что люди, я вижу… Что ты говоришь? Как я делаю выяснения?

Да, продолжать идти вперёд всё время, не заниматься прошлым, не заниматься вещами, только принимать…

Прошлым не заниматься. Если ты занимаешься прошлым, ты поедаешь самого себя, или живёшь в хорошей иллюзии, или в плохой иллюзии. Прошлое тебе не принадлежит — так же, как, по существу, будущее тоже тебе не принадлежит. Это вещи, которые, если не облачаются сейчас в тело, то ты с ними не работаешь, их просто не существует.

Прошлое уже прошло, а будущее — ты не знаешь, что оно. По правде, ты никак не можешь заранее предугадать ни одну форму из будущего, то, что это случится именно так. Так что тебе делать с этим?

А когда я делаю выяснение, где и когда я провожу с самим собой расчёт, — правильно ли я действую или нет? Когда делают выяснение?

Правильное выяснение — если в каждый момент своего существования в жизни, в осознании — жизнь называется в осознании, что я живу, я чувствую себя, и у меня есть некая задача — если ты прилепляешься к Творцу. Вот и всё. Как написано в стихотворении: «Есть краткий миг между прошлым и будущим, и это называется жизнью». Всё. Этот момент тебе нужно прилепить. Это то, что Он даёт тебе, и так ты выясняешь решимот.

Здесь нет больше работы, если сосредоточиться только на этом, — это очень хорошо. Потому что прошлое и будущее порождают в нас, поскольку они исходят из мнимых вещей, они как клипот, они порождают в нас разного рода расчёты, страхи, всякие вещи, не связанные с реальностью.

Да, но именно как люди с очень большим бременем вещей, информации — они всё время сталкиваются с вещами.

Подождите, подождите. Я не говорю тебе о том, как ты работаешь на своей работе, где ты работаешь с неживым, с людьми, с программами. Ты делаешь какую-то работу, и должен знать, как её выполнять. Я говорю о твоих внутренних различениях духовных, связанных с духовным, т.е. с Божественным.

С Божественным у тебя простой расчёт: я не хозяин — ни над прошлым, ни над настоящим, ни над будущим. Моя работа — только то, что у меня есть прямо сейчас, что Он даёт. Это решимо я обязан реализовать сейчас. Моя реализация этого решимо — это слияние с Творцом в данный момент, точка.

Вот и всё. Я не говорю, что так нужно относиться к жизни в целом. Нет. А к духовному в жизни, к нашим духовным состояниям, и в работе я могу планировать работу на месяц, на год вперёд, делать её. И одно к другому не относится. На работе я работаю с неживым.

Но что такое наша жизнь, состояния, которые нас готовят, они работают с нами ради этой цели, все состояния в жизни вообще? Ведь ничто на самом деле не является…

У тебя есть проблема, как связать свою животную жизнь со служением Творцу? Не связывай, не связывай. Иначе ты уподобишься всем тем, кто видит в каждом движении вокруг себя, что это «рука Б-га»: «Ах, это сделано и то случилось, и я делаю ему так, и он делает мне так руками и ногами». Это прямо духовность, и ангелы тут ходят. Только запутаешься, это неверно.

Духовное — это выше знания, это ради отдачи, это природа, которой нет в нашей материи, за пределами нашей материи. Ты хочешь раскрыть её, ты можешь раскрыть — только работай на 2-х уровнях, совершенно отдельных друг от друга. Животное — животное, духовное — духовное. Иначе будет у тебя путаница, как у всех тех, кто как будто занимается духовностью. Всё.

Так они смотрят на звезды, и по гороскопам делают разные вещи, и по картам, и по разным знакам, что есть у тебя на лице. И вешают тебе красную нить. Ты знаешь? Дай и корове красную нить. Она тогда даст немного больше молока? Не знаю. Есть что-то такое, что материя влияет на материю. Это дело психологии, и это отдельно. И действительно человек чувствует в этом некое психологическое укрепление, но это не духовное. Поэтому не связывай одно с другим. Нет связи между духовным и материальным, полный разрыв.

Поэтому я не просто так говорю, что все наши материальные действия не порождают духовности, а только если вкладываешь в них намерение прийти к духовному. Начнёшь делать любовь к товарищам просто так — это приведет тебя даже к противоположному, а не к цели, потому что само действие ничего не делает. Противоположное делает даже — раскрывает тебе, как мало оно делает, и это называется, что разрушает тебя. Поэтому не вносите материальное в духовное и наоборот. Это просто неверно.

Духовное для тебя сейчас — это как ты представляешь себе связь с Творцом.

«Нет иного кроме Него, Добрый и Творящий добро»^[1] — для меня во всём, о чём я думаю, во всём, о чём могу думать.

Я понимаю, что это вcё же путает, потому что мы ещё не можем различить в себе отношение к нашей жизни и отношение к духовному, не можем. Но постепенно это придёт, и потом, когда раскроем Божественное на практике, мы постепенно увидим, как одно, как будто, облачается в другое — но в ином виде, нежели сейчас мы можем себе представить.

И все ошибки всего мира — во всех системах, религиях и всем — в том, что они вносят духовное внутрь материального, опускают его и думают, что в разного рода формах, разного рода вещах, разного рода объектах, разного рода телах есть у тебя некая часть духовного, святости. Целуют руку, целуют дерево, какую-то картину, какую-то куклу. В этом вся путаница человечества.

И при всём этом, сколько иудаизм не боролся с этим — не снаружи, а у себя, в народе, тоже не очень преуспевает. Делают амулеты, красные нити, всякого рода живую воду, меняют имена, делают всякие такие «сгулот» (чудесные средства), что называется. Думают, что этим притягивают к себе хорошее свечение сверху, изобилие сверху. Посредством чего? Посредством того, что с сегодняшнего дня назовем тебя вместо «Цахи», скажем, «Шмахи»? Ну, что будет, скажи, что будет? — «Так, это принесёт удачу». Используют психологию человека, силы природы, но думают, что это духовное.

Конечно, мы можем делать в нашем мире, на уровне этого мира, много вещей силой человека, силой мысли даже, силой желания. Конечно, в нашем мире есть ещё много законов, которые мы не понимаем — почему так происходит и почему так происходит, — и думают, что это исходит из духовного. Но это ещё одна проблема. Не просто. Раскрыть и разграничить трудно. Видишь, даже люди, занимающиеся Торой, думают, что их учёба — это духовное.

Что духовного в этом? Духовное осталось ещё со времён разрушения Храма — наверху, отрезанная от нас. «Нет, мы учим, это называется "духовным"». Жизнь доказывает, что в этом нет ничего. Посмотри, что происходит со всем народом. Ну… Духовное. Т.е. путаница очень глубокая.

Мы говорим, что все желания… Есть эта структура… У меня всё время… Это не обязательно… Предыдущие вопросы, которые меня занимают. У меня иногда бывают тяжёлые ощущения, и когда я действительно пытаюсь атаковать… И тогда я спрашиваю: что я делаю? Разве я не делаю это ради получения? Где граница, где это различение — если я… Снять с себя плохие ощущения и моё настоящее желание идти другим путём? По существу, я чувствую, что в каком-то месте… С самим собой, потому что знаю, что делаю это как некий метод преодоления трудностей и тяжёлых ощущений…

Ты говоришь так. Мне раскрывают нечто — кто я, что я, — и я вижу, что на самом деле я порой не совсем в порядке. Делаю ради своей пользы, а не ради пользы общего. Прежде всего думаю о своей выгоде, а не о близких или товарищах. Насколько я вижу это зло? В той мере, в которой мне раскрывают. Если бы не раскрывали — не видел бы.

Если бы раскрыли больше, я бы страдал от самого себя, убегал бы, готов был «выпрыгнуть из шкуры», я бы… Не знаю, улетел бы от самого себя каким-то образом. Только бы отбросить все эти черты. Но и это не дают. Может, если бы дали мне однажды — насколько это тяжело выносить, это настоящий ад — тогда, может, я кричал бы так, что избавился бы от этих черт. Тоже не дают.

Как будто держат меня так или этак на малом огне со всех сторон. Вот так переворачивают меня так и этак — и это то, что происходит со мной в жизни. Отсюда, может, возникает вопрос: каков конец? Немного раскрывают мне, кто я, — и этого недостаточно. Не для хорошей материальной жизни, что я ничего о ней не знаю, и живу этим миром как обычно.

Занимаюсь всякими глупостями, но такова жизнь. Так же, как в детском саду — маленькие, заняты… Как ты видишь в новостях, как ты видишь, «мир идёт своим чередом». Или же — уже выходить в духовное, и всё. Т.е. пройти этот этап, когда я страдаю от своей природы, и хочу другого, и действительно как-то добраться до состояния, когда я не нахожусь в состоянии ради получения. Может, так. Чтобы раскрыли мне.

И верно, что может быть это будет трудный период — до тех пор, пока я на самом деле вижу и страдаю от того, что есть у меня, по сравнению с Творцом, ощутима эта противоположность, по-видимому, нехорошо, но проходят, и всё. Если человек уже находится в таком роде решений, он уже в порядке, потому что показывает свою готовность — как можно больше преодолевать, атаковать состояние, пройти его, и всё. Не оставаться между небом и землёй.

И здесь ему нужны опоры — Творец, группа — чтобы вложить необходимую сумму усилий и быстро пройти этот этап. Но каждый раз, когда ты говоришь: «Я иногда чувствую так, иногда чувствую так, и себя хорошо, и себя не очень, иногда очень плохо, эксплуатирую ближнего, и так далее», — это не зависит от тебя. Так тебе раскрывают немного истины. Нужно всегда… Ты знаешь, в полиции те, кто ведёт допросы, они говорят: «Чтобы продвигаться в расследовании каждый раз правильно, ты должен каждый раз спрашивать: "Кому это выгодно?"» Ведь так?

Что является мотивом?

Что является мотивом, да. Что является мотивом — кому это выгодно. Так то, что с тобой происходит, спрашивай об этом каждый раз: «Кому это выгодно?» Т.е. что Творец делает со мной, чего Он хочет этим от меня?

Да. И тогда я чувствую, что обращаюсь к Нему, чтобы исправить какое-то состояние, это как будто снова я возвращаюсь к состоянию желания получать. Зачем я это делаю, чтобы Он убрал от меня это состояние…

Никто не… Мы согласны с тобой, что твоя просьба — чтобы у тебя убрали желание получать, — это просьба на самом деле от всего сердца. Ты страдаешь, хочешь избавиться от него. Здесь есть ещё несколько вещей. Прежде всего, тебе ещё не раскрыли все твои преступления, что ты ещё сделал. У тебя ещё много дел там, которые нужно открыть одно за другим и показать тебе. И тогда ты поблагодаришь за каждое, и в соответствии с этим закроем каждое дело.

И также, в соответствии с тем, до какой глубины ты видишь своё желание получать, насколько ты эгоист, и всё-таки, всё-таки, всё-таки, несмотря на то, что ты думал прежде, что нет, ты обнаруживаешь здесь, что вместе с этим ты не просил в точности избавиться от желания получать, а просил избавиться от него потому, что тебе от него плохо, а не от этой черты как таковой, отделённой от тебя.

Что ты просто ненавидишь его — не потому, что мне от него плохо. Я ненавижу его потому, что он против Творца. И это раскрывается постепенно вместе с раскрытием желания. Т.е. насколько ты опускаешься ниже по количеству эго, ты видишь также в качестве — насколько ты не просил об отрыве от желания получать, потому что оно само по себе является таковым, такое свойство само по себе, а не потому что тебе с ним нехорошо.

Что такое «раскаивается в прошлых [благих делах]» (сожалеет о прошлом)?

«Раскаивается в прошлых [благих делах]» — начинает думать, зачем я вошёл во всё это дело. Т.е. начинает обвинять себя и других, и Творца — зачем он вообще вошёл на этот путь, на эту дорогу. Довольствовался бы животностью, и всё было бы хорошо. Зачем мне все эти дела? Я познакомился с каббалой, с этой группой, с этим равом. Зачем мне они нужны, зачем нужен он? И всё это ложь, и невозможно понять, прийти к какому-то состоянию, и это всё не для нас, и так далее — всякое такое. Кто способен на такое?

Получается, что это такое понятие…

«Раскаивается в прошлых [благих делах]» — это если человек доходит до этого и действительно входит в это, и позволяет себе быть в этом, то он улетает со всего пути. Это буквально отрыв, противоположность формы. Прежде всего он также привязывает это к материальным вещам, а не к Творцу, т.е. он уже совсем выходит из всего этого пути на самом деле.

…более высокая ступень, ближняя к нам… Это облачается всеми свойствами… О каких действиях идёт речь?

Ближайшая ступень, или то, что человек… Не ближайшая, а вообще то, что человек всегда должен держать перед собой — это раскрытие Шхины, как она облачается во весь мир, во всё, что в нём, и в товарищах, и вообще во всём мире, и как эта единственная особая сила объединяет все действия в мире, и что он находится под управлением этой силы. Вот именно это мы видим из «нет никого кроме Него», из статьи — это нам просто нужно держать перед глазами всё время.

Мы говорили, чтобы не путаться с материальным…

Не путаться с материальным — это не так, что я пойду интерпретировать все материальные действия, не раскрыв это истинное состояние, что Шхина облачена во весь мир. Это уже называется раскрытием. Не раскрыв это — это чтобы не запутаться и не начать объяснять, интерпретировать каждое материальное действие как будто происходящее по какой-то духовной причине. Или вносить в каждый материальный предмет, объект, духовную силу, что я знаю, что это так.

Какая есть особая сила в красной нити — я пока не обнаружил. Поверь мне, не знаю, ну не знаю, что делать. В Зоаре написано, хорошо. Ну, мы читаем уже Зоар по ветвям или по корням? Если взять красную нить в её корне — что это такое? И начать заниматься ею, как там написано, — тогда да, я понимаю, что это духовное действие. Какое это имеет отношение к тому, что ты берешь нашу красную нить и привязываешь на руку, или на ногу, не знаю где, на ухо, — что тебе от этого будет?

Используют это для укрепления человека, как делали в хасидизме. Что, наши праотцы 2000 лет назад ходили в капоте, в вязаной шапочке (кипе) и всяких вещах, с поясом в таком халате, с особыми носками или что-то ещё? Нет. Это дело… Я не отвергаю это, не дай Бог, это держит народ. Но не делать из этого некую святость. Верно, это держит нас в рамках, это обособляет наши действия и мысли и направляет человека. Но не надо вносить в это силы святости. А скажи: «Да, мы животные, у которых психология устроена таким образом, что внешность такой или иной формы влияет на нас, укрепляет нас». Верно, используют это в разных течениях, в разных движениях, и всегда использовали.

Сколько есть таких примеров в армии? Всякие есть у тебя знаки, флаг, и всякое-этакое — только чтобы укрепить человека. Это точно. Иди к психологам, посмотри, какая у них целая наука о том, как влиять на человека. Но не вноси в это святость.

Что такое всё-таки видеть на нас Его действия, в мире?

Что значит видеть, как Творец облачается во всё творение? Не то что мы видим это и идём объяснять это, а мы хотим, чтобы раскрылось нам. Мы хотим почувствовать, как это на самом деле происходит, существует. Но не то, что прежде чем это случится, мы уже начинаем тут согласно своему разуму разного рода связи.

Как может быть такое, что я согласно своему опыту представляю, как я поднимаюсь наверх? Можно ли по этим опытам на себе сделать так, что как бы я уже там нахожусь, и это бы подняло меня наверх?

Нет, нам нельзя воображать состояния. Нам нужно стремиться к этому, стремиться — и не воображать, как это в действительности так происходит. Потому что из воображения ты начинаешь выстраивать формы, которые уже происходят согласно твоей животности. Я говорю о стремлении, ведь спрашивают: к чему стремиться? Так пишет Бааль Сулам в «Нет иного кроме Него» — стремиться к раскрытию Шхины, что она облачена во весь мир.

Но стремиться, нужно какое-то ощущение…

До того как раскроешь — у тебя не будет ощущения. До того как раскроешь — не будет у тебя картины, а лишь стремиться.

Как можно это искать?

Искать — это называется, что ты стремишься к тому, чтобы это раскрылось, но не то, что до раскрытия ты уже выстраиваешь разного рода формы, разного рода… Ты уже описываешь себе, что это такое.

Если это должно быть в ощущении…

Я не могу больше объяснить, у меня нет больше слов.

Мы учили сегодня, что Творец — Он как мать, которая полметра тут, полметра там, и я поэтому не могу упасть, не может случиться какая-то беда, я могу, как ребёнок убежать. Мой вопрос о прошлом состоянии: Как я смотрю на то, что Вы сказали, что «Нет никого кроме Него», и всё, что произошло во мне — это то, что Творец хотел? Было полметра и я мог изменить… Или ничего? И точка, в которой я нахожусь она абсолютная?

Если я должен сказать, что сейчас у меня есть свобода выбора, смогу ли я, глядя на прошлое, на своё прошлое, сказать, что у меня был свободный выбор? Нет. Нет. С чего вдруг? И на будущее тоже нет. А в настоящем? В чём у меня в настоящем есть свободный выбор? Только в том, чтобы укрепляться, соглашаться, желать, чтобы это произошло быстро, и чтобы это произошло в точности так, как Творец хочет.

Не в самом действии, а в исполнении действия у меня есть свобода выбора, чтобы оно исполнилось. Не чтобы я хотел под давлением, угрозами и бедами, когда я соглашаюсь уже, пусть будет; а я по своей воле, устремляя себя вперёд, хочу, чтобы это случилось, каждая вещь, что заранее предусмотрено у Него. Насчёт действий вообще, что случится с нами, мы вовсе не свободны, всё предписано, что мне нужно пройти.

А если я не хочу этих состояний, не хочу каждый раз идти ко всё большей отдаче, что с этого момента и впредь все мои ступени — это быть всё более отдающим. А я не хочу этого, ненавижу это, — я обнаруживаю эти состояния вынужденно, как страдание. И у меня нет выбора, я продвигаюсь, но в страдании, и страдаю всё больше.

Или наоборот. Если убеждаю себя, что эти состояния хороши, они полезны, я хочу их заранее, то они раскрываются мне как добро, как наслаждение, как изобилие, как вечность. Но ступени, которые я прохожу, — это неизбежные ступени. Я могу определять темп, но не находиться в каждом состоянии.

О темпе прошлого — это то что я выбрал или и этого не было?

О темпе прошлого — это называется, что ты не выбрал.

Т.е. у меня по-настоящему не было выбора.

Выбор у тебя был, и ты не выбрал.

Т.е. у меня был выбор, но скажем у отклонился от выбора, но Творец устроил, чтобы я сейчас сидел верно…

Насчёт темпа ты свободен, оставим. Насчёт темпа ты свободен. Нет, я говорю тебе: насчёт темпа ты свободен.

Мы не сможем понять эти различения с большей точностью. Мы должны верить, и это действительно так, что в нашем нынешнем состоянии от наших усилий зависит наш темп, зависит ощущение того, как мы проходим, согласие, отношение к Творцу — зависит от наших усилий. Если я стараюсь, я в конечном счёте хорошо отношусь ко всем этим вещам.

Я оправдываю Его, я приду к любви к Нему. А если нет — те же состояния я прохожу плохо.

У меня было состояние в прошлом, было налево, направо, и скажем, я ошибся. И сейчас Творец мне устроил, чтобы всё получилось, что как бы я сделал верно?

Относительно прошлого ты не ошибся ни в чём.

Стоит ли вспоминать прежние хорошие состояния, чтобы получить укрепление для настоящего и будущего?

Да. Так ты делаешь — не важно, стоит или не стоит, можно или нельзя. Но так делают. Человек, продвигающийся немного дальше вперёд, не хочет получать укрепление из прошлого. Он всегда ищет укрепление в Творце, в отключении себя от прошлого. Это называется: «Каждый день пусть будет в твоих глазах как новый». Всё новое. Я не хочу получать поддержку от прежнего, я каждый раз хочу от своего поиска в связи с Творцом получать поддержку.

Но пока что, когда тело действительно требует таким образом, тоже в порядке. Ничего не поделаешь, это ступени на пути.

[1] Дварим (Второзаконие), 4:35; Вавилонский Талмуд, трактат Брахот, 60б.